Читая эти строки полагаю — Вы вспомните меня, того, кто видя Вас едва сумел сдержать сердечный трепет и поглощен был без остатка стремлением продолжения встречи, в противовес безумству ветра и рассудка. Забыв про хромату и косоглазие, навечно исказивших образ мой…
Совсем коллеги распустились. Уже и до Конституции им дела нет. Ладно Конституцию, но ГПК с УПК в институте изучали! Позабыли. На туалетной бумаге напечатали хоть что-ли. Чаще вспоминать будут. А может все к тому идет, что за Конституцию, как за проституцию, судить будут? Чтоб не читали
я весь в тебе я весь с тобой и все что будет не со мной как будто я уже седой как будто я уже другой с навеки падшей головой но ведь и ты уже не та и потемнела та рука что нежно гладила меня когда на близких несмотря ты подарила мне себя …
Как известно, у Пушкина никогда не росла борода. Пушкин очень этим мучился и всегда завидовал Захарьину, у которого, наоборот, борода росла вполне прилично. «У него растет, а у меня не растет»,- частенько говаривал Пушкин, показывая ногтями на Захарьина.
И всегда был прав.
Он не пил сангрию. Он пил «Слезу комсомолки». После ходил по площади, где напротив памятника Вождю, стоял райком. А справа, если спиной к Вождю, Дворец Культуры. Там были танцы, играла музыка, и молодежь купив портвейна отдыхала. Но не шел он туда. Он шел к букве. К букве «Ю».
